Форум » Обо всём » Книги
Страницы: 1
Евгений Водолазкин «Лавр»
 
На книгу  Евгения Водолазкина «Лавр» выбор пал как на одну из самых заметных новинок последних лет, да и автора этого я не читала, надо бы познакомиться.

По форме это притча, жизнеописание целителя, ставшего праведником, почти святым. Написано, я бы сказала, дружелюбно и уважительно по отношению к читателю, без прямолинейной назидательности, без игры в старину, хотя есть отрывки, стилизованные под древнеславянский текст. Очень хороший русский язык.  

Жизнь главного героя полна событий, включает в себя и обретения, и утраты.  Разве что дано ему больше, чем простому смертному: дар видеть человека, его душу, его болезни и помогать исцелиться. Но ведь чем выше поднимешься, тем больнее падать.  И одна из самых сильных сцен книги – когда праведник, уже  фактически на исходе своей долгой жизни, стоит перед выбором: солгать, взять на себя позорный грех, но спасти чужую жизнь, или не лгать и сохранить своё имя чистым, но погубить поверившего тебе? И ещё впечатлила сцена, когда главный герой, сразу прозревающий в людях их сущность, видит в главаре разбойников абсолютного убийцу, не садиста или фанатика, а по-животному равнодушного к чужим смертям человека, убивающего инстинктивно, рефлексорно. То есть он стоит лицом к лицу с абсолютным злом и не видит слабостей и уязвимых мест, которые можно использовать если не для победы, то хотя бы для смягчения участи.

Как я поняла, житие праведника в книге лишь повод к размышлениям о времени, о смерти и искуплении, о предназначении и возможностях человека в этом мире.

Несмотря на написанное выше, книга не мрачная и не заумная, в ней много замечательно мягкого и актуального юмора: «Выяснение времени конца света многим казалось занятием почтенным, ибо на Руси любили масштабные задачи… Опыт мне подсказывает, что признаки конца света будут у нас (т.е. на Руси - shusik) самыми очевидными».    
«Многие русские мрачны, поделился наблюдением Амброджо.  Климат, кивнул Арсений».

И последнее. Так совпало, что следующей книгой после «Лавра» был курс лекций профессора МГИМО по истории религии и буквально сразу там встретилась перекличка с мыслями «Лавра» о том, что «Знание не предполагает духовного усилия, знание очевидно. Усилие предполагает вера». Конечно, это случайность, не имеющая отношения к достоинствам книги, но…  -  Во всем провидение господне, - как говорил нам на экскурсиях гид - алтарник Патриаршего подворья.

Итог. Рекомендую эту книгу, когда захочется чего-то достойного внимания, несуетного, с хорошим слогом, предлагающего
подумать и без убийственной серьезности.
 
спасибо за подробную рецензию! Если позволите, прокомментирую мысль
Цитата
Shusik написал:
Так совпало, что следующей книгой после «Лавра» был курс лекций профессора МГИМО по истории религии и буквально сразу там встретилась перекличка с мыслями «Лавра» о том, что «Знание не предполагает духовного усилия, знание очевидно. Усилие предполагает вера».
здесь чувствуется некое противопоставление знания и веры в части сподвигания на внутреннюю работу, "усилия". Считаю, что знание не есть абсолютный кирпич, встроенный в память человека, а комета, которая мчится в сторону границы непознанного и позволяет нам отодвинуть эту границу все дальше и дальше от изначальной точки невежества.

Таким образом, определяю знание как вектор беспокойства, задающий направление внутреннего переживания, мышления, что является самыми что ни на есть усилиями.
 
Согласна, что знание, в общем значении этого понятия, не встроено в память человека изначально, и познание окружающего мира требует усилий. Как я поняла, в книге и в лекции речь шла о познании бога, вот цитата, раскрывающая эту мысль (это из лекции, книга проще))):

" Но в нашем современном значении слово вера противоположно слову знание. Мы никогда не скажем «я верю в существование соседнего дома» или «я верю, что рядом со мной за столом сидит Ваня». Мы знаем, что рядом с нашим домом есть и соседний и что имя моего соседа по столу в классе – Иван. Мы можем познавать законы природы и общества, мы не сомневаемся, что даже неизвестное сегодня будет понято в будущем. Но мы не всегда задумываемся – в чем источник нашей убежденности в познаваемости мира. А причина познаваемости мира в том, что мы – его часть. Равное себе и низшее себя познать всегда возможно. И человек и камень состоят из материи. Но камень – это материя не сознающая себя, а человек – сознающая. Камень познать себя не может, а человек может познать и себя и камень. ...

Но если представить себе, что есть Бог, то как можно надеяться изучить Его? Ведь Его природа абсолютна, Он создал нас и весь мир. Может ли созданное понять создателя? Может ли временное и ограниченное понять То, что существует вне времени и пространства? Законы познания бессильны перед Богом. Потому-то человек верит в Бога. Вера – это иная форма отношений, нежели знание. Вера требует от человека волевого усилия, направленного к объекту веры. На знание соглашаться не надо. Знание объективно. Соседний дом и сосед по парте познаются нами помимо нашей воли. Но вера поддерживается только волевым усилием, только желанием верующего, ибо такова природа Бога, что Он не может быть нами объективно познан, как Им сотворенные формы нашего мира."
 
Цитата
Shusik написал:
Законы познания бессильны перед Богом
если отталкиваться от этой теоремы, то тогда описанная выше разница между знанием и верой становится яснее. Спасибо за пояснения!
Страницы: 1
Все самые интересные книги тут
   © Мастерская Зонтик Мэри Поппинс, 2017